Деятельность российских фирм и изобретателей по созданию, внедрению и эксплуатации аппаратов для получения нефтяного светильного газа в Санкт-Петербурге во второй половине XIX века

А.А. Матвейчук, к.и.н., действительный член РАЕН

Борьбу за признание в отечественном инженерном газовом сообществе особой значимости начального периода истории отрасли, связанного с производством и массовым потреблением искусственного газа, я начал еще пятнадцать лет назад. В феврале 1997 г. в журнале «Газовая промышленность» была опубликована моя первая работа по этой проблеме «Зарождение газовой промышленности России», затем в марте того же года в журнале «Пламя» появилась еще одна моя статья «От газового рожка на Аптекарском острове...». В последующие годы мне вместе с моими сторонниками пришлось вести кропотливую работу по восстановлению истории российского газового дела в рамках модернизационных процессов пореформенной России и мирового цивилизационного развития, преодолевая явное и скрытое сопротивление ряда руководителей отрасли разного уровня, отстаивающих догматическую точку зрения советского периода. 

Несколько лет назад к этому процессу активно подключились наши петербургские коллеги, и в этом году мы все отмечаем 200-летний юбилей газовой промышленности России. И это наша общая победа.

Отраслевые историки высоко оценили выход в свет книги «Два века российского газа», авторы которой – Сергей Вадимович Густов, Александр Ростиславович Соколов и Дмитрий Васильевич Митюрин – находятся в этом зале. В научный оборот введены новые, очень важные документы по Санкт-Петербургу, служащие убедительным доказательством точки отсчета истории отечественной газовой отрасли именно с 1811 года и последующего ее последовательного становления в первой половине XIX века. 

В свою очередь, могу сказать, что и московские историки под эгидой Российского газового общества готовят свой подарок к юбилею отрасли. По плану в ноябре этого года увидит свет наша работа, раскрывающая картину состояния и развития газовой отрасли как в Санкт-Петербурге, так и в Москве, а также в ряде российских губерниях, охватывающая период с 1811 по 1945 год.

Наша сегодняшняя конференция позволяет обозначить один важный аспект в качестве постановки важной методологической и источниковедческой проблемы истории отечественной газовой промышленности. 

Несмотря на ряд публикаций последнего времени, к сожалению, в отечественном научном и инженерном сообществе все еще сохраняется стереотипное суждение о низком уровне газового производства в России до 1917 года. Подобная оценка состояния отрасли была высказана еще в первые годы советской власти. В 1929 г. в 14 томе первого издания «Большой Советской энциклопедии» сказано: «В дореволюционной России газовое производство было ничтожным» [БСЭ. Т. 14. М. 1929. С. 266]. В рамках доминирующего в советский период в исторической науке классового подхода и тезиса о катастрофической отсталости промышленности царской России, это суждение не подвергалось какому- либо пересмотру, и неизменно повторялось в подобной формулировке в технико-исторической литературе. 

К сожалению, и сегодня ряд современных исследователей (Р.О.Самсонов, К.И.Джафаров; Д.Л. Рахмантулов, Ф.К.Джафаров; авторский коллектив «Российской газовой энциклопедии» и др. [Самсонов Р.О., Джафаров К.И. История газового дела: историко-технический очерк. М., 2009; Рахманкулов Д.Л., Джафаров Ф.К. Из истории искусственных горючих газов // Нефтегазовое дело. 2005. № 3; Российская газовая энциклопедия. М., 2004; Джафаров К.И., Джафаров Ф.К. Зарождение и становление газового дела. М., 2002. и др.]) в обоснование вышеупомянутого догматического тезиса неизменно приводят некоторые цифры и факты, которые, на их взгляд, подтверждают «ничтожность» российской газовой отрасли в дооктябрьский период в сравнении с американской и западноевропейской промышленностью по производству искусственного газа. Например, Р.О.Самсонов и К.И.Джафаров в своей книге «История газового дела: историко-технический очерк» утверждают, что в 1890 г. «...вся газовая промышленность России по своим размерам меньше газовой промышленности одного Берлина» [Самсонов Р.О., Джафаров К.И. История газового дела: историко-технический очерк. М., 2009; С. 32]. 

Изучение нами начального периода истории российской газовой промышленности на основе коренного пересмотра положений и стереотипов советского времени, обращения к фондам отечественных архивов и ряду массовых источников, уже сегодня позволяет с определенной уверенностью сказать, что истинные размеры отечественного газового дела до 1917 г. советскими историками не были оценены должным образом. 

И здесь сразу следует подчеркнуть, что наше исследование показало, что по дооктябрьской России, к большому сожалению, отсутствуют полные и достоверные данные как по числу газовых заводов, так и по их производительности. В 1887 г. известный русский ученый, председатель специальной комиссии Русского технического общества «О выгодности применения нефтяного газа к освещению городов» Сергей Иванович Ламанский (1841-1901) с горечью писал: «Переходя теперь к деятельности газовых обществ в России, мы должны сознаться, что как относительно технической стороны дела, так и вообще о развитии и современном состоянии газового дела мы находимся в наибольшем неведении» [Ламанский С.И. О нефтяном, каменноугольном и водяном газе. СПб. 1887. С.43]. Это положение не изменилось и в последующие годы. 

Недостаток исторической информации придал нам своеобразный творческий импульс для поиска и последующего переосмысления оценок состояния газового дела в дооктябрьской России. И наш анализ показал, что в условиях отсутствия официальной статистики по газовому производству до 1917 г. советские исследователи и их современные последователи попросту использовали данные, взятые из статьи "Энциклопедического словаря" Брокгауза и Ефрона (том 7-А), где говорится, что в последнем десятилетии XIX в. в Российской империи было всего 210 газовых заводов, 30 из них работали на освещение городов, 157 - фабрик, а 23 - железнодорожных станций [Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. СПб. 1892. Т. VII-А. С. 810-811]. И как мы установили, в свою очередь, вышеприведенные данные для указанного энциклопедического издания были взяты из статьи инженера К.Ф. Рейна «Сведения о газовых заводах», опубликованной в журнале «Записки ИРТО» в последнем номере за 1888 год.

Подчеркну, что под термином «газовый завод» в российской технико-экономической литературе в дооктябрьский период понималось как отдельное специализированное газовое предприятие, так и разного рода газовые установки, функционировавшие на разнообразных промышленных предприятиях в качестве вспомогательного производства. 

Для более наглядного пояснения выводов нашего исследования давайте сейчас «вынесем за скобки» производство каменноугольного газа в России и проанализируем сначала состояние отечественного нефтегазового производства. Тот же К.Ф.Рейн указывает, что из 210 российских газовых заводов 137, или 65%, использовали в качестве сырья нефть и нефтяные остатки (мазут) [Рейн К.Ф. Сведения о газовых заводах в России// Записки ИРТО. 1888. № 12. С. 3]. В то же время, по данным Петра Энгельмейера, автора книги «Газовое нефтяное производство и светильный газ вообще» (1884 г.), только в Германии работало около 1 тыс. нефтегазовых установок. И, на первый взгляд, подобное сравнение действительно показывает «ничтожность» российского газового дела. Однако если вновь обратимся к статье Константина Рейна, то прочтем следующее: «Хотя собранные до сих пор сведения еще не удовлетворяют вполне этой цели, тем не менее таковые могут служить основанием для дальнейшей работы по статистике газовых заводов. До настоящего времени получены сведения о 210 заводах...» [там же. С. 1]. А теперь снова процитирую Сергея Ивановича Ламанского, который в своей работе заметил: «К сожалению, при бедности наших статистических сведений, неизвестно какое число нефтегазовых заводов существует в настоящее время; известно только, что многие сахарные и пивоваренные заводы в России освещаются нефтяным газом» [Ламанский С.И. О нефтяном, каменноугольном и водяном газе. СПб. 1887. С.5]. 

Обращение к официальной статистике показывает, что в последней четверти XIX века в России насчитывалось 1 тыс. 47 пивоваренных заводов [Россия. Энциклопедический словарь. СПб. 1898. С. 293] и 238 сахарных заводов [там же. С. 294]. Согласитесь, это весомые цифры, которые свидетельствуют, хотя и косвенно, о возможности наличия большого числа нефтегазовых установок на предприятиях российской пищевой промышленности. Даже если они функционировали только на половине заводов, то это уже более 600 установок. 

Кроме того, наше исследование показало, что и крупные российские текстильные предприятия имели в своем составе газовые производства. Вот только один яркий пример: Товарищество Никольской мануфактуры Саввы Морозова сыновей имело в своем составе сразу два крупных газовых производства. Один газовый завод, построенный в 1846 году, располагал четырьмя установками, имевшими 20 реторт. Число газовых горелок составляло 5 тыс. 340 единиц. Кроме производственных помещений и фабричной территории газом освещались улицы в селах Никольское и Баулово. Производство газа в 1886-1887 гг. составило 15 млн. 366 тыс. 210 куб. фут. Второй газовый завод, построенный в 1880 г., имел две печи с 12 ретортами. Число газовых горелок составляло 2 тыс. 347 единиц. Производство газа в 1886-1887 гг. составило 6 млн. 49 тыс. 880 куб. фут. [Записки ИРТО. 1888. № 12. С. 13]. Таким образом, годовое суммарное производство газа на заводах Товарищества Никольской мануфактуры Саввы Морозова сыновей составило 22 млн. 416 тыс. 90 куб. фут. А теперь для сравнения приведу данные производства в тот же период на провинциальных городских газовых заводах: в Казани - произведено 9 млн. 928 тыс. 900 куб. фут, в Таганроге - 8 млн. 976 тыс. 600 куб. фут, в Твери - 3 млн. 338 тыс. 237 куб. фут., в Ялте - 2 млн. 461 тыс. куб. фут. [там же. С. 6, 11]. Согласитесь, весьма красноречивое сравнение.

А сколько в России было подобных текстильных компаний? Вновь обратимся к официальной статистике: в 1896 г. в России было 105 крупных акционерных хлопчатобумажных компаний  [Россия. Энциклопедический словарь. СПб. 1898. С. 287], далее, фабрик по обработке хлопка - 1 тыс. 17 [там же. С. 286.], 1 тыс. 328 суконных (шерстеобрабатывающих) фабрик [Россия. Энциклопедический словарь. СПб. 1898. С. 288] и ещё 160 фабрик по обработке льна [там же. С. 289]. И здесь также получается внушительная цифра: 2 тыс. 600 предприятий. И пусть даже не все эти фабрики имели газовые установки, пусть даже 40%, но тогда это еще одна тысяча газовых установок и аппаратов и с весьма существенным объемом произведенного газа. 

Далее, мы также знаем, что на предприятиях российской машиностроительной промышленности активно использовалось газовое освещение и, кроме того, в обеспечении производственного процесса широкое применение находили газовые двигатели. Среди них крупные петербургские заводы: Общество Балтийского судостроительного и механического завода, Русское общество механических и горных заводов, Общество франко-русских заводов, Петербургский металлический завод, завод «Людвиг Нобель» и т.д. Вновь обратимся к официальной статистике: в 1896 г. в России насчитывалось 680 крупных машиностроительных заводов, на которых работало 93 тыс. 860 рабочих [там же. С. 306]. И опять мы можем предполагать с большой долей уверенности, что многие из них имели собственное газовое производство.

Не могу не упомянуть, что и ряд высших учебных заведений России имел собственные газовые заводы. Вот только несколько из них: Петербургский политехнический институт, Томский университет, Томский технологический институт, Ново-Александровский институт сельского хозяйства и лесоводства и т.д. И немалые объемы этого «вузовского» газового производства также не были удостоены внимания исследователей советского периода. 

И вот еще один существенный момент. Совершенно не были учтены объемы производства газа, получаемого на нефтеперегонных заводах страны, которых на рубеже XIX-ХХ вв. в стране насчитывалось более чем с полсотни. Наиболее яркий пример: на Константиновском заводе «Товарищества В.И.Рагозин и Ко» действовало крупное газовое производство, обеспечивавшее светильным газом крупнейшее в России и даже в Европе предприятие по производству нефтяных смазочных масел, а также жилой поселок для рабочих и служащих. Но эти весьма существенные объемы газового производства не были отражены в каких-либо документах. 

Добавлю, что и российская статистика не учитывала объемы карбурированного и ацетиленового газового производства как на предприятиях и жилых объектах, так и на объектах инфраструктуры морских портов (маяки, бакены, растворные знаки). 

Теперь понятно, что мы не можем согласиться с оценкой газовой отрасли Российской империи конца XIX в., ограниченной числом в 210 газовых заводов, которое и послужило «обоснованием» советским исследователям и их современным последователям для озвучивания унизительной характеристики российского газового дела пореформенного периода. По нашим самым осторожным и приблизительным оценкам, количество газовых установок в стране на рубеже ХIХ-ХХ вв. было как минимум в 8-10 раз больше! 

Следует подчеркнуть, что круг и комплекс методологических и источниковедческих проблем истории начального периода российской газовой промышленности крайне сложен и весьма обширен и охватить его в кратком выступлении попросту невозможно. Поэтому я и привлек ваше внимание к настоятельной необходимости постановки этой проблемы как для профессиональных историков, так и для всего российского газового сообщества.

А теперь позвольте перейти непосредственно к раскрытию заявленной в программе конференции теме моего выступления. 

В России первые установки по получению светильного газа из нефти заработали в начале 70-х гг. XIX века, и это было связано с активной деятельностью немецких предпринимателей. Если обратиться к истории мировой газовой промышленности, то узнаем, что первые нефтегазовые установки появились в начале 60-х гг. XIX в. в США. В Западной Европе пионером в этом деле был известный немецкий специалист в области газового дела, профессор Генрих Гирцель (1828-1908), получивший в апреле 1863 г. в Германии патент № 34315 на установку по производству светильного газа из нефти и нефтяных остатков. Совместно с предпринимателем Гергардом им была основана фирма «Гирцель и Гергард» в г. Плагвице около Лейпцига, и там был построен первый германский нефтегазовый завод. 

В популярном российском журнале «Записки для чтения» за 1868 г. было опубликовано следующее сообщение: «Недавно профессор Гирцель, в Лейпциге, получил привилегию на изобретенный им способ добывания газа из остатков при дистилляции сырого петролеума; газ этот состоит из чистого углеводорода, и во всех отношениях превосходит газ, добываемый из каменного угля» [Записки для чтения. 1868, май-июнь, С. 188]. 

Автор этой заметки не знал, что за год до этого, 20 июля 1867 г., Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов России уже выдал «иностранцу Гирцелю» привилегию на 10 лет на «аппарат для добывания газа из нефти» [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий. СПб. 1884. С.115]. Конструктивной особенностью этого аппарата было то, что наряду с наличием основной реторты имелась еще одна, сравнительно небольшая, в которой на раскаленный кокс распылялась вода, и образовавшийся водород примешивался к нефтяному газу. 

Надо отдать должное немецкой предприимчивости и умелой маркетинговой политике: вскоре в Санкт-Петербурге появился постоянной представитель этой «Гирцель и Гергард», некто Р. Дюнтц, развернувший активную деятельность. Одним из наиболее известных его проектов стало устройство в 1873 г. на Монетном дворе Санкт-Петербурга нефтегазовой установки по системе Гирцеля для новой лаборатории по разделению золота от серебра, где требовалось как хорошее освещение, так и газ для производственных целей. Все оборудование установки и газопроводные трубы были доставлены из Германии. Работа по монтажу была выполнена немецкими специалистами «под ключ». Это была одна печь с двумя ретортами. Годовая производительность этой установки составила 65 тыс. куб. футов. Ее описание и особенности эксплуатации описал горный инженер Николай Фоллендорф (1836-1909) в статье «Газопроизводительный аппарат Гирцеля и приготовление светильного газа из нефтяных остатков на СПб монетном дворе», опубликованной в «Горном журнале»  [Горный журнал. 1875. Т. 2. С. 73-82], где также привел составленную им Инструкцию по эксплуатации и техническому обслуживанию газовой установки системы Гирцеля из 34 подробных пунктов. 

Не упускали удобный момент для освоения столичного нефтегазового рынка и другие немецкие предприниматели. В конце 1873 г. была смонтирована нефтегазовая установка в помещении еще одного государственного ведомства «Экспедиции заготовления государственных бумаг» по ул. Фонтанка, 132. Проектированием и монтажными работами руководил немецкий инженер Гурий фон Эльц. Здесь было построено 8 печей, каждая имела 4 реторты особого сечения системы газового мастера Германа. Годовое производство этой установки было внушительным и достигало 8 млн. куб. фут. На предприятии имелось 4 тыс. 200 газовых горелок и 1 газовый двигатель в 1 л.с. Уже в следующем году, 30 (18) апреля 1874 г., Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал Гурию фон Эльцу десятилетнюю привилегию на «аппарат для добывания светильного газа»  [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий. СПб. 1884. С. 158], который к тому времени успешно освещал помещения Экспедиции заготовления государственных бумаг.

И наконец, в середине 70-х гг. 19 в. в столице появился еще один ключевой игрок на нефтегазовом рынке – немецкий предприниматель и изобретатель Юлиус Пинч (1815-1884). Представителем немецкой фирмы Ю. Пинча в Санкт-Петербурге стал магистр физики, профессор СПб Технологического института Роберт Ленц (1833-1903). Нефтегазовая установка конструкции Пинча была впервые показана на Выставке новых и усовершенствованных механизмов, аппаратов и инструментов, организованной весной 1875 г. Русским техническим обществом в Санкт-Петербурге, и была удостоена медали ИРТО. После чего массовым тиражом была выпущена брошюра «О заводах, добывающих нефтяной газ по системе Ю. Пинча». Затем 30 (18) декабря 1875 г. Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал «иностранцу Юлию Пинчу» привилегию на 10 лет на «печь для добывания светильного газа из жидких веществ»  [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий. СПб. 1884. С. 174], и таким образом были созданы все условия для успешной деятельности этого предпринимателя в России. 

Достаточно быстро установки конструкции Пинча стали внедрятся не только в Санкт-Петербурге, но и в других регионах Российской империи. Преимущества нефтяного газа стали очевидны для многих российских предпринимателей. В 1878 г. в монографии «Нефтяное производство» известный русский нефтехимик, профессор Конон Лисенко отметил существенные преимущества этого осветительного материала: «Действительно, нефтяные остатки дают при перегонке весьма чистый и ярко горящий светильный газ, который при благоприятных условиях может обходиться не дороже каменноугольного...» [Лисенко К.И. Нефтяное производство, составленное по новейшим данным. СПб., 1878, С. 193].    

А что же российские предприниматели и изобретатели, где же было их место в этом сегменте газового петербургского рынка? 

Нам удалось найти сведения о создании в Санкт-Петербурге 4-х фирм, предлагавших отечественные нефтегазовые установки в период 70-80 гг. XIX века: «Товарищество нефтяного газа «Сириус» (1872 г.), «Товарищество нефтяного газового освещения» (1876 г.), «Товарищество «Дневной свет» (1878 г.), Товарищество «Святозар» (1882 г.). 

«Товарищество нефтяного газа «Сириус» заявило о себе в прессе в 1872 г. Сообщалось, что патент на газовое освещение «Сириус» был запрошен в Германии. Автором изобретения был назван технолог Иван Ведринский, выпускник Петербургского технологического института 1869 г. Технологическая особенность установки заключалась в смешивании нефтяного газа в момент возгорания со струей чистого кислорода. Получаемый свет по своей силе не уступал электрическому. Однако эта установка не получила широкого распространения в силу конструктивной сложности и дороговизны получения кислорода.

И все же изобретение русского инженера не получило распространения в Санкт-Петербурге. Основная причина заключалась в сложности конструкции и необходимости получения чистого кислорода методом электролиза водных растворов щелочей. Именно поэтому вскоре Товарищество «Сириус» прекратило свою деятельность. Кстати, в 1872 г. там работал выдающийся русский изобретатель в области электротехники Александр Лодыгин.

В 1876 г. в Санкт-Петербурге было образовано «Товарищество нефтяного газового освещения». Контора этой фирмы располагалась по адресу: ул. Могилевская, д. 20. Заведующим делами являлся статский советник Владимир Васильевич Нефёдов. Фирма издала в мае 1876 г. брошюру «Нефтяной газ, его преимущества и сравнительная дешевизна», где были красочно расписаны преимущества нефтегазовой установки и нефтяного газа. Но конкурировать с четко отлаженной немецкой системой «Товарищество нефтяного газового освещения» в Санкт-Петербурге не смогло и сделало попытку выйти с предложением по освещению нефтяным газом провинциальных приволжских городов. В Рыбинском отделении Ярославского областного архива нам удалось найти письмо руководителя этой фирмы В.В. Нефедова с предложением устроить газовое уличное освещение в Рыбинске. Городская управа, изучив это предложение, сочла его неприемлемым по предложенным фирмой условиям (цена, срок действия контракта) и отказалась. Каких-либо сведений о других проектах фирмы пока обнаружить не удалось. 

В 1878 г. в СПб было образовано товарищество «Дневной свет». Учредителями являлись: дворянин Феликс Инчик, генерал-майор Игнатий Пальчевский отставной полковник Николай Жервье, отставной штабс-капитан Николай Лачинов, инженер-полковник Василий Божерянов, губернский секретарь Николай Фумели. 21 (9) ноября 1878 г. Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал товариществу «Дневной свет» на 10 лет привилегию на «аппараты для добывания светильного газа из нефти, нефтяных остатков и пр.» [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий. СПб. 1884. С. 208]. Основой привилегии было изобретение Феликса Инчика, последовательно соединившего в установке четыре реторты. И хотя производительность установки была выше, чем у аппаратов конструкции Гирцеля и Пинча, фирма не смогла завоевать какие-либо значимые позиции на рынке.

В 1882 г. в СПб было образовано товарищество «Святозар», созданное для эксплуатации малогабаритных газовых установок по освещению нефтяным газом «особо улучшенной привилегированной системы аппаратов Беневского». Головная контора фирмы находилась по адресу: ул. Фонтанка, д. 38. Фирма заявила о себе достаточно громко на Всероссийской выставке в Москве в 1882 г. В Путеводителе по этой выставке о товариществе «Святозар» сказано: «В правом дальнем углу выставки близ полотна паровой железной дороги находится небольшой, но очень интересный павильон завода «Святозар» Беневского и Ко. В обыкновенной, хорошо убранной комнате стоит машина для добывания из нефти газа. Эта машина в состоянии доставлять газ 500 рожкам. Направо у окна помещается небольшая газовая машина, так устроенная, что она может действовать как паровая, т.е. пар в ней заменяется газом» [Путеводитель по Всероссийской промышленно-художественной выставке в Москве в 1882 г. М. 1882. С. 45]. 

В первом номере журнала «Техник» за 1882 г. также приведено детальное описание нефтегазовой фирмы: «На Московской выставке в отдельном павильоне Товарищества нефтяного газового освещения «Светозар» выставлены аппараты о двух ретортах для производства нефтяного газа на 500 рожков при 10-часовом горении. Эти аппараты производят от 400 до 800 куб фут. газа в час (когда действуют две реторты), причем из пуда нефтяных остатков вырабатывается 400 куб фут. газа. Газ горит без копоти, и световая сила его равняется 10-12 нормальным свечам. 1000 куб фут. газа обходится при стоимости нефтяных остатков 85 коп. за пуд и березовых дров 8-ми вершковой длины одной сажени в 5 руб. 80 коп. от 4 до 5 рублей» [Техник, 1882, № 1. С.1]. 30 (12) декабря 1882 г. подпоручик Эдуард Беневский получил уже законную привилегию на 10 лет на «аппарат для добывания газа из нефти» [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий. СПб. 1884. С. 278]. По ряду косвенных признаков после Всероссийской выставки 1882 г. деятельность фирмы «Святозар» была нацелена на южные российские губернии. 

В итоге пока нам не удалось найти какие-либо примеры успешной деятельности вышеназванных четырех фирм в Санкт-Петербурге, но это совсем не значит, что их не было вовсе. Возможно, документы по этой проблеме есть в архивах и ждут своего пытливого исследователя.

В то же время нам удалось найти сведения об успешно реализованных в Санкт-Петербурге трех индивидуальных нефтегазовых проектах, принадлежавших российским изобретателям.

Первый из них принадлежит талантливому изобретателю и успешному предпринимателю Людвигу Нобелю (1831-1888). Нобелевской проблематикой я занимаюсь давно, около 13 лет, но для меня подлинной находкой стало недавнее обнаружение его изобретения в области газового дела. 30 декабря 1886 г. Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал С-Петербургскому купцу и заводчику Людвигу Нобелю на 10 лет привилегию на «печь для приготовления газа из нефти и ее продуктов» [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий с 1884 по 1887 г. СПб. 1910. С. 62]. 

Устройство газовой установки системы Людвига Нобеля состояло из генераторной печи, где находился раскаленный кокс, регенератора (карбуратора) и холодильника с системой очистки. В генераторную печь снизу подавался перегретый пар, а сверху – нефтяные остатки капельным путем, таким образом происходило смешивание нефтяного газа с водородом. Далее в регенераторе происходила дальнейшая карбуризация газа нефтяными остатками. Затем газ охлаждался, очищался и поступал в заводскую сеть, освещавшую 400 горелок.

Комиссия ИРТО во главе с С.И. Ламанским, обследовавшая 12 ноября 1886 г. эту установку, зафиксировала прекрасные результаты по силе света нефтяного газа. А показатели себестоимости полученного заводского газа от 1 руб. 17 коп. до 1 руб. 68 коп. за 1000 куб. фут. по сравнению с отпускной ценой Общества столичного освещения в 3 руб. 40 коп., убедили всех членов и в высокой экономической эффективности этой установки [Ламанский С.И. Указ. Соч. С. 59-60]. 

Еще одним успешным проектом в столице стала нефтегазовая установка Василия Кузнецова, которая функционировала в трех местах Санкт-Петербурга: на центральной (столичной) станции Николаевской ж.д., на Казенной карточной фабрике Императорского воспитательного дома (Шлиссельбургское шоссе, с. Александровское), а также в казармах лейб-гвардии Павловского полка. Основное преимущество этой установки заключалось в вертикальном расположении реторт, что повышало эффективность технологического процесса, а также позволяло отводить под газовое производство сравнительно небольшие площади. Кроме того, еще одной конструктивной особенностью установки стало использование оригинального холодильника. 9 февраля 1887 г. Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал петербургскому мещанину Василию Кузнецову на 10 лет привилегию на «холодильник для нефтяного газа»  [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий с 1884 г. по 1887 г. СПб. 1910. С. 66]. Чертежи установки системы Кузнецова были представлены на выставке ИРТО в Санкт-Петербурге в 1888 г. и получили высокую оценку специалистов газового дела.

В книге С.И. Ламанского есть упоминание и о еще одном успешном проекте. В 80-х гг. XIX в. в Николаевском кадетском корпусе успешно функционировала нефтегазовая установка конструкции изобретателей Петрова и Токарева [Ламанский С.И. Указ. Соч. С. 16]. Однако более подробных сведений об этом проекте пока нам обнаружить не удалось. 

Хотелось бы также упомянуть о еще нескольких изобретениях петербургских изобретателей, которые, к сожалению, по ряду разнообразных причин не были реализованы на практике. 

30 сентября 1880 г. Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал привилегию на 10 лет корабельному инженеру, подпоручику Павлу Тимофееву на «способ освещения, названный «переносное газовое освещение» [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий. СПб. 1884. С. 236]. Новизна этого изобретения заключалась в процессе карбурирования в аппарате паров бензина водородом, добываемым из цинка и серной кислоты. Однако такой способ получения водорода оказался весьма дорогим, и изобретение дальше опытного образца не пошло. 

20 ноября 1884 г. Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал коллежскому советнику Карлу Миллеру на 10 лет привилегию на «способ добывания и очищения газа» [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий с 1884 г. по 1887 г. СПб. 1910. С. 20]. 

6 июня 1891 г. Департамент торговли и мануфактур Министерства финансов выдал технологу-химику Амвросию Френкелю на 5 лет привилегию на «аппарат для производства светильного газа, с одновременным получением серно- и солянокислых солей железа и цинка» [Указатель хронологический, предметный и алфавитный выданных в России привилегий с 1884 г. по 1887 г. СПб. 1910. С. 66]. 

16 (3) апреля 1902 г. в Санкт-Петербурге на заседании 1-го отдела ИРТО был заслушан доклад А.Ф. Крузенштерна «Новый способ карбурирования воздуха погонами нефти и применение этого воздушного газа». Эта установка была запатентована «Русским аэрогено-газовым обществом» и успешно испытана в Германии и российской столице [Записки ИРТО. 1902. № 6. С. 386]. В настоящее время других сведений об этом проекте нами пока не найдено.

Если же обратиться к материалам «Свода привилегий, выданных в России» в первом десятилетии ХХ в., то можно убедиться, что творческая деятельность российских изобретателей в области газового дела активно продолжалась и в тот период. Однако проблема практического внедрения подавляющего большинства изобретений осталась так и не решенной.

"Компьютерик" – продвижение
сайтов и реклама в интернете